Кулинария - есть, бизнес - есть, а где же творчество?

Так вот же оно... Это первая глава произведения "В этот момент..."

"Написано по мотивам онлайн общения

«… это не простая любовь, но ты всегда можешь верить друзьям
Друзья должны быть Друзьями…»
Queen, Freddie Mercury

Глава 1

В этот момент …
Земля медленно плыла в безмятежности космического пространства, обозревая вокруг себя привычный пейзаж окружавших ее планет. В космосе постоянно что-то происходит. Вселенная не дает скучать. А в последнее время и люди преподносят сюрприз за сюрпризом. Правда, поведение их не всегда нравится Земле, но, да что уж там. Разве на них можно обижаться? Ведь они еще такие маленькие, такие глупенькие. Иногда расшалятся, с кем не бывает, пожуришь их, поругаешь, они и затихнут на какое-то время. А иной раз, как сделают что-то, ну до того же хорошо становится, до того приятно. Как на них обижаться? Дети, одним словом. Смотрят друг на друга, а самого главного не видят. Век свой короткий, тратят неизвестно на что.
Солнце скользнуло по верхушке горы и Земля почувствовала прилив тепла и чего-то большего, чем просто ультрафиолет врезавшийся в ее поверхность и нагревший небольшой участок…
В этот момент …
Рим.
Он жил недалеко от Ватикана. Настолько близко, что порой сам удивлялся, как такое могло произойти. В прошлом француз, некоторое время жил в Берлине, куда был приглашен другом детства, с которым вместе учились в школе. Родители говорили, что его друг не сможет поступить даже в колледж. Он знал - главная причина такого отношения крылась в давней ссоре между их семьями. Некогда дружные, по первому зову спешащие на выручку друг другу, поссорились они из-за какой-то газонокосилки. Дескать, взяли чистой, а отдали грязной и со сбитыми ножами. Кто прав, кто виноват, установить невозможно, да и не интересно уже. Как бы там ни было, но газонокосилка давно на свалке, а отношения так и не наладились.
Они дружили, не смотря на вражду родителей. Оба поступили в один колледж. Но, как это часто бывает, после окончания учебы, их дороги разошлись. Вскоре, друг позвонил и предложил организовать фирму в Берлине. Он согласился не раздумывая. Прошло время и во время очередной командировки в Рим, позвонил друг и сказал - они банкрот, но все причитающиеся деньги перечислены на его счет. По некоторым причинам в Берлине ему лучше не показываться, полиция и налоговые органы проявляют излишний интерес. Он был в недоумении, как такое вообще могло произойти? Их фирма, которая была чиста перед законом как Дева Мария и вдруг банкрот, да еще и эти преследования властью? Он был вне себя, не мог понять, как такое произошло? Чувствовал, то горькую обиду от потери друга, то щемящее чувство горечи за общее дело. Денег на счету оказалось более чем достаточно для безбедного существования. Конечно, это было важно и приятно, но не могло скрасить боль от потерянной дружбы. Дни и ночи напролет он бродил по улицам и часто, на рассвете, выходил к Ватикану. Каждый раз у него замирало сердце, перед тем как первый луч солнца касался купола Собора Святого Петра. Дыхание замирало, не в силах покинуть тело. Стоять здесь на площади в кромешной тьме и будто просить Господа даровать еще один день, еще один шанс что-то совершить в этом мире. Иногда ему казалось, будто бы его сердце никогда не начнет биться, а дыхание так и не вырвется наружу. Другой смерти он и не желал себе. Именно так, стоя здесь на холодных камнях перед Собором, так и не дождавшись благословения прожить еще один день. Но день приходил, и дыхание возвращалось, и сердце вновь принималось отстукивать свой привычный ритм. И он благодарил Бога за еще один подаренный ему шанс. Умывшись в ближайшем фонтане он, опустошенный, но счастливый брел домой, а приходя, без сил падал на кровать. Он спал весь день и лишь глубоко за полночь осознавал, что так и не использовал данный Богом шанс. Ему было чертовски больно и одиноко. Иногда он напивался в каком-нибудь баре, предусмотрительно выложив на стол визитку со своим домашним адресом и купюрой в сто евро. Просыпался дома, на кровати, с головной болью и страшным похмельем. Снова упрекал себя в беспечности и снова выходил в ночной город. В такие моменты ненависть к себе и остальным затмевала рассудок. Ему казалось, будто все люди, не дают ему осуществить то самое главное в его жизни. Тогда, он впервые сам вышел из бара. Шел, не разбирая дороги и не выбирая направлений. Пройдя порядочно и свернув в различные переулки добрую сотню раз, он вспомнил что оставил визитку и деньги на столе в баре. Как то вдруг протрезвел. Нет, денег жалко не было, но острое чувство тревоги заставило отправиться на поиски стеклянной двери с нарисованным ковбоем и синей неоновой вывеской. Шатающейся походкой, распугивая одиноких прохожих он слонялся по улицам ночного Рима, но так и не нашел тот бар. Усталость и похмелье разрывали тело на части. В отчаянии он зашел в первый попавшийся переулок и поскользнулся на вылитых из окна помоях. Да так неудачно, что обоими руками угодил в чьи-то объедки. Что произошло дальше, он помнит фрагментами. Поднял голову, увидел окно, в котором секунду назад мелькнуло зловонное ведро, подъезд, выбил дверь, лестница, дверь, стук. Какая то визгливая сука орала на своего ссаного выродка. Дверь, почему-то, не была заперта. Когда он ворвался, эта сволочь что-то кричала, назвала его уродом. На мгновенье отвернулась, он схватил ее за шею и насадил череп на крючок для одежды. Женские визги стихли. Ее тело пару раз дернулось и обмякло. Ребенок продолжал орать. Он одним прыжком оказался у маленькой кроватки, рядом с которой на прожженном, рваном и изрядно заблеванном диване лежало тело ее мужа. Рядом, на полу, валялась пустая бутылка дешевой водки. Он отломил от стоявшего рядом стула ножку и с силой вонзил ее в живот мужика. Ребенок орал и это уже было невыносимо. Сначала он просто прикрыл ему рот рукой, но тот и не думал затыкаться. Одним движением он свернул ему шею. На лестнице послышались чьи-то шаги. Он как зверь прыгнул в открытое окно и не чувствуя боли приземлился на мостовую. В те же самые помои. Толи грязно ругнувшись, толи, прорычав, он побежал. Через сорок минут плутания по темным улицам он оказался возле своего дома. Он проспал два дня и первое, что его поразило - невероятная легкость на душе. Он не сразу вспомнил события той ночи. Лишь стоя под душем, память вернула ему все, что считала необходимым. Страха не было. На душе легко и свободно, а это дорогого стоило. Что до тех несчастных? «Это их судьба» – подумал он. Проходили дни, он чувствовал себя хорошо и умиротворенно. Как вдруг на исходе третьей недели старые, уже подзабытые чувства вновь нахлынули с новой силой. И хуже всего было то, что теперь к ним присоединилось новое, ранее не веданное. Нет, это не были муки совести за содеянное. Его влекло к новой жертве. Полиция не занимается преступлениями в таких кварталах. Пресса, недолго помусолив нового серийного убийцу, успокоилась. Каждый раз, после каждого убийства в его душе селился мир и спокойствие. Этого было достаточно!
В этот момент он сидел в гостиной своей квартиры, слушая «Friends will be friends» Queen. Чарующий голос Фредди, ритмичность барабанов и божественные пассии электрогитары будоражили воображение, вдохновляли. Он давно уже выслеживал одну шлюшку. «Сегодняшняя ночь будет для нее последней – решил он – возможно, она даже не увидит, как рассвет коснется купола Собора святого Петра». Он подошел к окну и, отодвинув занавеску...
Последние лучи дня, погаснув в темном небе, каким-то загадочным образом цеплялись за купол, будто бы не желая расставаться с его величественной красотой. И было в этом что-то таинственное и завораживающее. Руки опустились. Он стоял и смотрел. Даже когда лучи солнца уже простились с куполом и наступила тьма, он продолжал стоять и смотреть…"

... продолжение следует...

@темы: queen, Берлин, Ватикан, Рим, друзья, петра, святого, собор, француз